***

10411975_921354081230770_500240568782109226_n

Для того, чтобы услышать этот серебряный звон, надо снова стать бездомной…

Бездомной. Бездумной. Слегка безумной — и очень, очень лёгкой…
Это так легко — очнуться под высоким хрустальным куполом, в своей ледяной гробнице, и опять, в тысячный раз, не помнить ничего, что было до этого.

Очнуться — снежной королевой, спящей красавицей, пробудившейся к жизни от легкого сквозняка, проскользнувшего в приоткрытую на миг неведомой рукою тайную дверцу.

Очнуться — и восторженно потянуться навстречу дивным серебряным колокольчикам.

Звон, трепет и нежность, шелест сотни легких крыл — со всех сторон. Предвкушение. Вечное предчувствие — счастья и боли, не любовь еще, но трепетное ожидание любви…

Моё время, моя власть, мой мир, полностью и безраздельно мой — в эти краткие два месяца, с конца января по конец марта, с Имболка по Весеннее Равноденствие. Время, когда я Могу — ВСЁ.

Мой мир, одетый в серебро и синь…

Но год шествует своим чередом, и наступают новые времена — наступают на меня, втаптывая в пыль мои серебряные колокольчики. В механизме, который должен бы был запустить алхимическую реакцию, сплавив в торжественно-роскошном тигле лета поющее серебро, так, чтобы к осени золотом и медью ублаготворить натруженную благодатную землю — что-то сломалось…

И живущее во мне серебряное чудо становится болью, и смертоносные лучи начинает излучать раскаленный кусочек благородного металла.

Зная, что мне предстоит, я жду уже смиренно и терпеливо, и приходит час, когда, поднимаясь на холм в обязательном одиночестве в одну из купальских ночей, я забываюсь тревожной болью — с тем, чтобы к утру разродиться опустошающей смертью.

Дважды в год прохожу я неотвратимую тоскливую муку родов — на пике жизненной силы в ночь Купалы, полумертвая до полупрозрачности — в утро Коляды…

Что ж, живя в сумерки Богов, не следует ждать от мира благолепия и благорасположения; я знаю, сколько силы сокрыто в насильственном искажении цикла, в том, чтобы замкнуть спираль в дурацкую бесконечность; если бы только знать, что та, вначале чуть мерцающая, а под конец сжигающая мою душу искра воспламенит свечу в чьих-то опустившихся руках…

Девственной ипостаси Богини, насильственно запертой в клетке бесплодных перерождений, свойственна своя сила — всепожирающего огня, огня весталок, до сих пор освещающего собой развалины римского форума. Очищающий огонь. Ликующая война, не знающая сомнений и сострадания. Война — это я. Такая я нужна миру, и мне не о чем жалеть.

Мне опять остаются последние дни; не нужно заглядывать в мои глаза в июне — в них слишком много смерти и боли.

Смерть станет моей верной спутницей в оставшуюся часть года; я вновь узнаю все ее лики — всепожирающий хмельной огонь ночи Летнего Солнцестояния, дикий оскал, безумствующий вихрь Дикой Охоты Самайна, ледяную неподвижность зимней Точки Мертвого Солнца…

Но я верю….. верю и знаю.

Смерть когда-нибудь сдохнет. Родится солнце.

Наступят дни ледяного звона.

Проснувшийся ветер легко огладит своды моей хрустальной тюрьмы — и мягко подтолкнет меня в распахнувшуюся дверь.

Ясные огни Ночи Свечей осветят новую дорогу.

Придёт Имболк — время встреч. Сретения. Сречи…

И в мои руки опять прольётся

Серебро
Господа
Моего

10685415_921354084564103_8426881608991842558_n

(с) 09.06.2010, Марина Грашина-Платова

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s